No Image

Основные этапы складывания древнерусского государства

0
29 views
20 октября 2022

В процессе формирования Древнерусского государства можно выделить три основных этапа:

I этап (VI–середина IX вв.).

Происходит вызревание предпосылок государственности в восточнославянских племенах.

В VI–IX в. сложились предпосылки для образования государства восточных славян. Экономическими предпосылками этого процесса являлись переход к пашенному земледелию, отделение ремесла от земледелия, сосредоточение ремесла в городах, возникновение меновых отношений, преобладание свободного труда над рабским.  Складывались политические предпосылки: потребность племенной знати в аппарате защиты своих привилегий и захвата новых земель, формирование племенных союзов славян, угроза нападения врагов, достаточный уровень военной организации. Социальными предпосылками были смена родовой общины на соседскую, возникновение социального неравенства, наличие патриархальных форм рабства, складывание древнерусской народности. Общая языческая религия, схожие обычаи, обряды, общественная психология создавали духовные предпосылки для формирования государственности.

Русь находилась между Европой и Азией в пределах равнинного пространства, поэтому потребность в постоянной защите от врагов вынуждала сплачиваться восточных славян для создания сильной государственной власти.

Появляется система полюдья (сбор дани с общинников в пользу вождя-князя, пока добровольно, воспринимающийся как возмещение за военные расходы и управленческую деятельность).

В этом процессе решающую роль играли внутренние факторы:

  • этническая общность,
  • определенная схожесть экономических интересов,
  • близость территории,
  • необходимость защиты от внешних врагов (соседних племен и государств),
  • потребность в расширении территории путем военных походов.

Начиная с VI в. у восточных славян обособляется и укрепляется власть родовой аристократии, прежде всего военных вождей, опирающихся непосредственно на реальную вооруженную силу – дружину. Этот тип общественного устройства получил название «военной демократии».

На этом фоне складываются межплеменные союзы и выделяются их центры. К VIII в. у восточных славян возникли определенные предгосударственные формы. Исторические источники свидетельствуют о существовании союзов восточнославянских племен:

  • Валинана (у волынян в верховьях р. Буг),
  • Куявия (отождествляют с Киевом),
  • Славия (связывают с Новгородом),
  • Артания (местоположение неизвестно, возможно в районе современного г. Рязани).
Предпосылки по версии Л.Гумилева

В качестве сравнения привожу версию Л.Гумилева о предпосылках для формирования Киевской Руси с выдержками из его трудов.

В своём труде Л.Н. Гумилёв [“Оправдание книги. Постановка проблемы”] изложил разработанную им этнологическую трактовку древней истории восточных славян. Он солидаризируется с А. А. Шахматовым в том, что история восточного славянства и русского этноса началась задолго до Рюрика.

Установлено, что славяне не были аборигенами Восточной Европы, а проникли в неё, заселив к VIII в. Поднепровье и бассейн озера Ильмень. До славянского вторжения эту территорию населяли русы, или россы, — этнос отнюдь (как считает Л.Н. Гумилёв) не славянский. Ещё в X в. (ссылается он) Лиутпранд Кремонский писал: “Греки зовут Russos тот народ, который мы зовём Nordmannos — по месту жительства” — и помещал этот народ рядом с печенегами и хазарами на юге Руси. Скудные остатки языка россов — имена и топонимы — свидетельсьвуют об их германоязычии. Название днепровских порогов у Константина Багрянородного приведены по-русски: Ессупы, Ульворен, Геландра, Ейфар, Варуфорос, Леанты, Струвун — и по- славянски: Островунипрах, Неясить, Вулнипрах, Веруци, Напрези.

Процесс общеславянского этногенеза был нарушен вторжением с востока. Хиониты, населявшие берега низовий Яксарта (Сырдарьи), спасаясь от тюр- кютов, бежали в Европу, где стали известны под именем авар, или обров. Это был древний этнос, наследие легендарного Турана, и юные восточные славяне стали жертвой старого хищника. В 602 г. авары напали на антов — восточных славян, бывших союзниками Византии. Именно тогда имя антов исчезает из исторических источников.

От Черноморского побережья славян оттеснили авары и болгары, из-за чего славяне заняли лесную полосу между Днепром и Днестром, т. е. Волынь, что и есть первое общеславянское государство, разгромленное аварами. В VII в. болгар разогнали хазары, а общеславянское царство распалось, выделив Болгарию, Чехию, Польшу и Поморье.

С тех пор исчезло славянское единство, потому что обры отделили южных, балканских, славян от северных, или прибалтийских, — венедов. Остатки антов, по-славянски — полян, объединились с этносом русов, которых немецкие хронисты X в. считали ответвлением ругов. Слияние полян и русов в единый этнос осуществилось лишь в X в., что проявлялось в образовании государства, называемого в наше время “Русь в узком смысле”, потому что оно не включало большинство славянских племён Восточной Европы. Из Южной Прибалтики на восток двинулись две волны славян: кривичи, создавшие Смоленск, Полоцк, Витебск, Псков, и словене, создавшие Новгород и расселившиеся в Верхнем Поволжье. Радимичи и вятичи пришли “от ляхов”.

Но при этом, по мнению Л.Н. Гумилёва, нельзя считать русов скандинавскими варягами, так как последние начали свои походы в IX в., а русы известны как самостоятельный этнос авторам VI в. Иордану и Захарии Ритору. Единственной непротиворечивой версией является заявление епископа Адальберта, назвавшего княгиню Ольгу царицей ругов — народа, западная часть которого погибла в Норике и Италии в V в., а восточная удержалась в Восточной Европе до X в., оставив в наследство славянам династию и название державы.
Германцы «русских» до VI века называли «ругами». Они их (ругов) знали лучше других, так как германское племя готов часто воевало с ругами. С VI века «ругов» повсеместно стали называть «руссами, русскими, русью», хотя старое имя «руги» встречалось и в Х веке.

Варяги-русь не были единственными русскими в Европе. Западная и Центральная Европа была до Х века для русских второй родиной. А Восточная Европа (наша Русь) стала для них родиной третьей. Вот там, где жили Варии и Руги (Варяги-Русь), и есть прародина Рюрика.

В указанной книге Л.Н. Гумилёва в соответствии с его концепцией утверждается, что потомки антов IV в., победившие совместно с россомонами и гуннами готов, к началу IX в. имели свой “каганат”, т. е. суверенное государство с центром в Киеве, и царя по имени Дир.

Если мы учтём (пишет он), что подъём этой ветви славян сопоставим с пассионарным толчком, вызвавшим Великое переселение народов, и с созданием из конфессиональных общин Малой Азии Византии, то на VIII в. приходится фаза надлома, а на X в. — инерции. Высокий уровень пассионарности дал славянам преимущество над восточными балтами (ятвяги, голядь) и финно-уграми (меря, мурома, весь) и повлёк за собой слияние славянских племён в единый древнерусский этнос, осуществившееся в конце X в.

Рюрик был варяг (это профессия) из этноса «руси» (россомонов). Не ужившись дома, он принял предложение «Гостомысла» (или партии «гостомыслов») и укрепился в Новгороде. Согласно Начальной летописи — «Повести временных лет», под его контролем была небольшая и редконаселенная территория: Ладога, Белоозеро и Изборк.

Хотелось бы, пишет Гумилев, чтобы эта гипотеза подтвердилась, ибо жаль расставаться с воззрениями, воспринятыми с детства. Но если она правильна, то подтверждаются определения средневековых авторов, считавших Рюрика и его династию не шведами и не немцами, а потомками древнего народа ругов, противника готов и, видимо, представителя того витка этногенеза, который предшествовал Великому переселению народов (в III в. этот народ уже стал реликтом-персистентом). Может быть, последующие исследования подтвердят приведённую гипотезу, которую мы не имеем ни оснований, ни желания отвергнуть. На этом фоне, даже если без критики принимать рассказ Нестора о “призвании варягов” в Новгород, очевидно, что узурпация Рюрика — это эпизод в тысячелетней истории восточного славянства, почему-то выделенный летописцем, тогда как события более крупные им опущены или затушёваны.

Признав это, мы получаем непротиворечивую версию, по которой (полагает Л.Н. Гумилёв) Киевская Русь — третья стадия славянского этногенеза: она возникла тогда, когда славянство перестало существовать как целостность, сохранив в качестве реминисценции былого единства общепонятность речи, или близость языков. Таким образом (обобщает Гумилев), перед нами сочетание двух самостоятельных процессов: природного феномена — этногенеза, начавшегося в I в., и социального — построения государства, нарушавшегося троекратно: готами, аварами и норманнами — и осуществлённого фактически лишь в XI в. при Ярославе Мудром. Это начало “государства русского”, или, точнее, “Киевского каганата” (как его именовали современники, например, митрополит Иларион) приходится не на фазу подъёма пассионарности, не на фазу перегрева и даже надлома, а на инерционную фазу, которой свойственно интенсивное развитие литературы и искусства, что и заслонило от позднейших историков эпохи героических свершений, преодолённых бедствий и неописанных побед.

Полоцк и Смоленск в 864-869 гг. были подчинены русам, т.е. Киеву, где сидели враги Рюрика — Аскольд и Дир. Пополнять свое войско Рюрик мог только одним способом — наймом варягов из заморья. Они-то и захватили Киев для его сына, называемого в летописи Игорь Старый.

II этап (II половина IX–середина X вв.).

Процесс складывания государства ускорился, во многом благодаря активному вмешательству внешних сил – хазар и норманнов (варягов), которые заставляли платить дань славянские и финно-угорские племена.

Но о действительных началах древнерусской государственности можно говорить в первую очередь тогда, когда власть князя стала восприниматься как особенная государственная власть (вторая половина IX–первая половина Х вв.). О её характере можно судить, прежде всего, по организации сбора дани и полюдью, по активной внешней политике, в особенности по отношению к Византии.

Образование государства

Согласно «Повести временных лет» (далее ПВЛ)  древнейшему летописному своду Руси, в 862 г. варяги, ранее обложившие данью племена ильменских словен и чуди, были изгнаны за море. После чего на землях племенного союза ильменских словен началась междоусобица. Не имея возможности самостоятельно разрешить конфликты, местные племена решили призвать правителя, не связанного ни с одним из родов: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву». И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готландцы, вот так и эти. Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами». И избрались трое братьев со своими родам, и взяли с собой всю русь, и пришли, и сел старший, Рюрик, в Новгороде, а другой, Синеус, на Белоозере, а третий, Трувор, в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля. Новгородцы же  те люди от варяжского рода, а прежде были словене».

В. М. Васнецов. Призвание варяжских князей.

В. М. Васнецов. Призвание варяжских князей.

Из документа (И. Н. Данилевский. Древняя Русь глазами современников и потомков (IX-XII вв.). Курс лекций):

«Вопрос о происхождении и первоначальном значении слова русь должен быть отделен от проблемы возникновения древнейшего известного нам восточнославянского (точнее, полиэтничного, с преобладанием восточнославянского компонента) государства, получившего в источниках это название.

Этническое происхождение первых русских князей не связано непосредственно ни с этимологией названия государства Русь, ни с проблемой зарождения государственных институтов у восточных славян. В то же время следует отметить — как закономерность для ранних государственных объединениях — приглашение иноземцев на «роли» первых правителей.

Не исключено, что омофоничные или близко звучащие в древнерусских, греческих, скандинавских, готских, латино- и арабоязычных источниках топонимы и этнонимы с корнями *ros- / *rus- могли иметь разное происхождение и. лишь впоследствии были контаминированы. Это могло породить дополнительные трудности при изучении исходных значений таких терминов».

Полулегендарное призвание Рюрика на Новгородское княжение в 862 г. (его братья являются полностью вымышленными персонажами) традиционно считается началом истории государства Российского. Этим же годом летописец датирует образование второго центра русской государственности — Киевского княжества Аскольда и Дира. Согласно ПВЛ, Аскольд и Дир  дружинники Рюрика  покинули своего князя и заняли Киев  племенной центр полян, ранее плативших дань хазарам. Сейчас легенда об исходе Аскольда и Дира от Рюрика признается неисторичной. Скорее всего, эти князья не имели отношения к варяжскому правителю Новгорода и были представителями местной династии.

В любом случае во второй половине VIII в. на землях восточных славян образовалось два центра государственности. 

Объединение Олегом (879–912 гг.), преемников Рюрика Северной и Южной Руси под властью Киева в IX в. позволили сосредоточить власть киевских князей над территорией от Ладоги до низовьев Днепра.

 Сложилась своеобразная федерация племенных княжений во главе с князем киевским. Его власть проявлялась в праве сбора дани со всех входящих в это объединение племен.

Олег, опираясь на мощь славяно-норманнской дружины и «воев» (вооруженных свободных общинников), совершает успешные походы на Византию в 907 и 911 гг. В результате были подписаны выгодные для Руси договоры, обеспечивающие ей право беспошлинной торговли на территории империи и ряд других привилегий.

Игорь (912–945 гг.) стремился сохранить единство межплеменной федерации, а также защищал ее границы от появившихся грозных кочевников – печенегов.

В 944–945 гг. он совершил два похода на Византию, нарушившую свои соглашения с Русью, но, потерпев поражения, вынужден был заключить менее выгодный договор с империей.

В договоре с Византией 945 г. встречается сам термин «русская земля». В этом же году во время полюдья он был убит древлянами за требование дани сверх обычной.

Норманнский вопрос

Существуют две основные гипотезы образования Древнерусского государства. Согласно классической норманнской теории, оно было привнесено извне варягами братьями Рюриком, Синеусом и Трувором в 862 г. Авторами норманнской теории являлись Г. Ф. Миллер, А. Л. Шлёцер, Г. З. Байер, немецкие историки, работавшие в первой половине XVIII в. в Российской академии наук. Антинорманнская теория, основоположником которой был М. В. Ломоносов, основывается на концепциях невозможности «научению государственности» и формирования государства как закономерного этапа внутреннего развития общества.

С норманнским вопросом напрямую связана и проблема этнической принадлежности варягов. Норманнисты считают их скандинавами, часть антинорманнистов, начиная с Ломоносова, предполагает их западнославянское, финно-угорское или балтское происхождение.

На данном этапе развития исторической науки концепции скандинавского происхождения варягов придерживается большинство историков. Вместе с тем признается и тот факт, что скандинавы, находившиеся на схожем или даже более низком уровне развития общественных отношений, чем восточные славяне, не могли принести на земли Восточной Европы государственность. Таким образом, возникновение Древнерусского государства явилось логичным завершением процесса внутреннего развития восточнославянского общества, этническая принадлежность княжеской династии не играла первоочередного значения в становлении Руси.

Н. Рерих. Заморские гости

Из документа (Мавродин В. В. Образование Древнерусского государства):

«Анализ скандинавских вещественных памятников, обнаруженных в Восточной Европе и датируемых концом IX-X вв., приводит нас к выводу о том, что характер взаимоотношений норманнов со славянским и финским населением Восточной Европы того времени резко меняется по сравнению с началом и серединой IX в. И дело не только в том, что складывается другой великий торговый путь Восточной Европы, связывающий Север и Юг, Запад и Восток, путь «из варяг в греки», более поздний в сношениях Западной Европы со странами Востока, нежели Волжский, датируемый серединой или началом второй половины IX в.

Меняется сама роль норманнов на Руси. Это уже не разбойники, ищущие славы и добычи, воины-насильники, купцы-грабители. Норманны на Руси конца IX-X вв. выступают в роли купцов, … так как теперь в Гардарик ездили не грабить, … а торговать. Торговать фибулами и мечами, в последнем случае и прямом и переносном смысле, когда варяг предлагал в качестве товара свой боевой «франкский» меч, а в придачу к нему свою воинскую доблесть, свой опыт мирового воина-бродяги, свою ярость берсекера, свою преданность тому, кто больше платит.

В конце IX-Х вв. норманны на Руси выступают в качестве «варягов «-купцов, торгующих с Востоком, Западом и Константинополем (Миклагард) и снабжающих товарами иноземного происхождения все страны Востока, Юга и Запада и прежде всего самую Гардарик. Они выступают в роли воинов-наемников — «варягов»… Отдельные скандинавские ярлы оказываются более удачливыми и ухитряются захватить в свои руки власть в некоторых городах Руси, как это произошло с варягами Рогволодом… осевшим в Полоцке… а быть может, и в Турове (варяг Туры по преданию), и в Пскове (где сидели, видимо, варяги, так как Ольга, родом псковитянка, носит скандинавское имя Helga), и в других местах.

Большая же часть норманнских викингов выступала в роли наемных воинов-дружинников русских племенных князьков или русского кагана, вместе с другими княжескими дружинниками или вместе же с другими княжескими «мужами», выполняя различные поручения в качестве «гостей»-купцов и «слов» (послов) князя, как это отметили Бертинские анналы.

От былого грабительства варягов на Руси не осталось и следа, хотя они и не раз пытались захватить власть и, пользуясь силой, утвердить на Руси свою династию, вернее, сделать своих конунгов правителями на Руси.

Но в данном случае речь шла уже не о «насилиях» находников-варягов «из-за моря», совершающих грабительские налеты… а о попытках их использовать в своих целях нарождающуюся русскую государственность, одним из винтиков которой были они сами, норманнские наемные дружины. Речь шла ужо об удачных или неудачных авантюрах инкорпорированных русской государственностью дружинных организаций варягов, находящихся на службе у русских князей и каганов, а не об установлении власти «заморских» варягов, пытающихся стать повелителями славянских и финских земель и превратить их в объект грабежа и эксплуатации.

Варяги еще играли некую, и подчас очень большую, иногда решающую роль, но уже в качестве одного из элементов древнерусского общества. Они были составным, и далеко не главным, элементом тех классово-господствующих сил древнерусского общества, которые складывали и создавали русское государство. Они были, так сказать, «одними из», а не единственными… В этой, привычной им, социально родственной, среде норманны охотно и быстро растворялись. Женясь на русских, эти скандинавские воины бесповоротно садились на русскую почву и русифицировались часто уже во втором поколении.

Но пока древнерусская государственность была слаба, пока существовало собственно несколько крупных государственных политических образований, множество слабых племенных княжений и море родов и общин во главе со «старейшинами», пока не было единой русской державы, до тех пор норманнские искатели славы и наживы на отдельных этапах становились силой, способной навязать древнерусскому обществу свою власть».

III этап (II половина X–начало XI вв.). 

Он начинается с реформ княгини Ольги (945–964 гг.). Отомстив древлянам за смерть мужа, она в целях предотвращения в дальнейшем случившегося с Игорем в 946 году провела налоговую реформу и установила новую систему сбора дани:

  • князь перестал совершать полюдье, данники были обязаны сами свозить дань в назначенное место в определенное время;
  • были созданы специальные пункты сбора — погосты, где «сидел» (т.е. следил за сбором дани) боярин с малой дружиной.
  • на погостах учреждалась должность тиуна, ответственного за прием и перевозку собранной дани в столицу;
  • был установлен урок — фиксированный размер взимаемой дани;
  • даннику, выполнившему урок, выдавалась специальная княжеская печать, запрещавшая повторно требовать с него плату.

Изменение системы сбора дани способствовало развитию дорог, возникновению новых поселений на местах погостов, укреплению местной власти. Полюдье постепенно превращалось в обязательный прямой налог.

Налог платили с «дыма» — отдельного хозяйства, или с «рала» — плуга.

«Полюдье» превращалось в «повоз». Заключался в обязанности населения по распоряжению князя доставлять продукты в определенное время в Киев на княжеский двор.

Погосты стали опорой княжеской власти на местах.

Политика сына Ольги, князя Святослава (964–972 гг.) направлена была в основном на борьбу с внешним врагомРазгром Хазарии и походы на Дунай требовали больших сил, средств и времени. В связи с этим вопросами внутреннего устройства государства князь-воин (так звали Святослава и в народе, и в летописях) практически не занимался.

Новые шаги в развитии русского государства связывают с деятельностью незаконнорожденного сына Святослава – Владимира I (980–1015 гг.), пришедшего к власти в результате жестокой, кровопролитной борьбы с братьями за киевский престол.

1. Он расширил территорию Киевского государства, присоединив к нему юго-западные (Галицию, Волынь) и западные (Полоцкую, Туровскую) славянские земли.

Кроме того, чувствуя опасность для прочности своей власти, связанную с ущербностью своего происхождения (сын рабыни Малуши – ключницы княгини Ольги), Владимир стремился укрепить княжескую власть в принципе –

  • введение монотеистической религии (единобожия) .
  • введение института наместников

Сначала он делает это путем создания пантеона из 5 богов во главе с Перуном, который особенно почитался дружинниками. Но эта реформа не прижилась, и он пошел на радикальные изменения – ввел единобожие, приняв сам и заставив принять всю Русь христианство.

Введение христианства не только создало основу для духовного единства русского народа, но и укрепило верховную власть в государстве («един бог на небе, един князь на земле»), повысило международный авторитет Киевской Руси, переставшей быть варварской страной. Кроме того, христианская мораль призывала к смирению, что оправдывало феодальную эксплуатацию простых общинников со стороны князя, его окружения и землевладельцев-бояр, бывших опорой княжеской власти.

Следующим решительным шагом, завершающим создание государства, стала замена Владимиром племенных князей наместниками (ими были 12 сыновей Владимира и приближенные бояре), назначаемыми киевским князем. Наместники должны были

  • защищать новую веру
  • и укреплять власть князя на местах, будучи «оком государевым».

Укрепление власти дало Владимиру возможность организовать население страны для создания мощных оборонительных рубежей на южных границах государства и переселить сюда часть населения из более северных территорий (кривичей, словен, чюди, вятичей). Это позволило вести успешную борьбу с набегами печенегов. В результате князь, как свидетельствуют былины, стал восприниматься в народном сознании не просто как воин-защитник, а как глава государства, организующий охрану его рубежей.

Завершающий шаг в формировании русской государственности сделал сын Владимира I, Ярослав Мудрый (1019–1054 гг.), положивший начало русскому письменному законодательству. Им была создана первая часть первого письменного свода законов – «Русской правды» («Правда Ярослава»). Она была написана еще в 1015 г., в бытность его наместником в Новгороде, и предназначалась для новгородцев. Вступив в 1019 г. на киевский престол, Ярослав распространил ее на территорию всего государства. Впоследствии, в течение полутора веков «Правда Ярослава» дополнялась его сыновьями («Правда Ярославичей»)Владимиром Мономахом («Устав Владимира Мономаха») и последующими правителями русского государства и существовала как законодательная основа вплоть до принятия первого Судебника в 1497 г.

Появление письменного свода законов в начале IX в. стало необходимым, так как при разложении родовой общины многие простые люди теряли свой статус и терпели обиды, не имея возможности обратиться к родовым коллективам. Единственной защитой для общинников и простых горожан становился князь и его дружина. Это еще больше увеличивало власть князя.

«Русская правда» как развивающийся памятник дает представления об усложняющейся социальной структуре, категориях свободного и зависимого населения, т.е. собственно объектах и субъектах государственного управления.

Будучи преимущественно процессуальным сборником, «Русская правда» мало говорила о судебной организации (упоминаются князь и судьи как органы суда, и княжий двор – как место суда). Дело в том, что многие споры решались вне суда, силами самих заинтересованных сторон.

Значение «Русской правды» состоит в том, что она повлияла на развитие местного законодательства и в дальнейшем общегосударственного.

Кроме того, в ней проводилась идея ответственности власти в судебных делах, прежде всего перед Богом, а суд своекорыстный в интересах самой власти квалифицировался как неправый.

В целом первый письменный законодательный свод Руси представляет собой важное свидетельство зрелости государства.

Таким образом, к началу XI в. Киевская Русь имела основные черты сформировавшейся государственности:

  • единую территорию, охватывающую место проживания всех восточных славян;
  • династическую княжескую власть, распространявшуюся на всю территорию государства;
  • единую систему государственного управления, основанную на наместничестве;
  • единую для всего государства налоговую систему;
  • единую монотеистическую религию, усиливающую процесс сакрализации (освященности) княжеской власти;
  • единую правовую основу в виде письменного свода законов.

В последующие периоды данные черты русской государственности получили дальнейшее развитие.

Комментировать
Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

Это интересно